• 03.10.2022

Пружанская районная библиотека им. М.Засима

Пружанская централизованная библиотечная система

ВЫЖИЛО ТОЛЬКО ТРОЕ

 Выжило только трое

 Трагедия одного класса Пружанской еврейской школы

 Генеральная Ассамблея ООН провозгла­сила 27 января международным Днем памяти жертв холокоста: шести миллионов евреев и граждан других национальностей, погиб­ших в результате преступлений нацистского режима в годы Второй мировой войны. В этот день в 1945-м был освобожден фашист­ский концлагерь Освенцим. Воспоминания родившегося и жившего до войны в Пружанах Якова Трегера предоставлены мне Брест­ским региональным центром «Холокост». А еще — довоенное фото 1940 года, на кото­ром запечатлены одноклассники Якова. По имевшимся у него сведениям, после войны из 34 юношей и девушек класса в живых ос­тались только трое… Сам Яков Трегер ушел из жизни в 2002 году в Израиле. Он стал репатриантом в смутные 90-е.

 «Наши Пружаны — город на приграничной окраине бывшей Польши — по-своему приме­чательны, — читаем в воспоминаниях Якова Трегера. — Основной частью населения всегда были евреи — и их не стало. На пепелище вернулось лишь с десяток еврейских семей. Немцы вошли в Пружаны к исходу 22 июня 1941 года. Свидетелем дальнейшего я уже не был, но из рассказов, писем, из докумен­тов знаю много достоверных фактов. На мои письма отозвались земляки, заброшенные судьбой в США, в Аргентину. С иными мне посчастливилось встретиться и говорить в Израиле. Уцелевшие земляки и десятилетия спустя с содроганием рассказывали мне о первых днях оккупации, о пьяном разгуле уголовников и националистов, ночных гра­бежах и убийствах. Сразу после захвата городка по наводке фашисты расстреляли восемнадцать евреев, старшему из которых было за шестьдесят, младшей девочке — не исполнилось и семнадцати».

 В первый день войны Яков Трегер уехал из Пружан в тряском кузове грузовичка. С ним были два его одноклассника. Один из них, Фридберг, погиб в шальной стрельбе.

 Вместе со вторым, Беркманом, Яков ушел на фронт добровольцем. Знает, что в де­кабре 1941-го одноклассник был тяжело ранен.

 Яков Трегер сам «почти был убит» зимой 1941 года под Ржевом. Он пишет: «Раненый, я еще брел по льду, спотыкаясь о тела мерт­вых. Брел, пока не оказался в припорошенной снегом полынье. Еще хватило сил выбраться и, леденея на ветру, идти под пулями — в полный рост, не различая уже ничего. Я не слышал, как разорвался рядом снаряд. Не­сколько дней спустя очнулся в палатке мед­санбата. Так и не знаю, кто меня отыскал среди убитых, кто вытащил, кого помнить и благодарить. Потом снова был на фронте. Снова ранения и контузии, сыпной тиф… Я был на войне и выжил».

 Морозным зимним утром 1947-го Якова высадила на окраине Пружан бортовая ма­шина. По его воспоминаниям, города не было. Куда ни глянь — стылая, заснеженная пустошь. Лишь вдали, почти у горизонта, свечами тя­нулся к небу дым хозяйских очагов. Он смог разыскать свою бывшую одноклассницу Фаню Небризик (она в третьем ряду, шестая сле­ва). Девушка уцелела, попав в партизанский отряд. Ей суждено было прожить еще многие годы и умереть в 1998-м в Израиле.

 Когда в Пружанах армию сменили гестапо и немецкая администрация, евреев из города, а также из соседних районов и отдаленных Белостока, Вильно переселили в гетто. Не­вообразимая теснота, голод, инфекционные заболевания, которые приходилось скрывать, обнаружат — расстрел. В условиях жесткой конспирации зрели планы сопротивления. Просочились слухи о действующих в лесах партизанах, но без оружия шансов вступить в отряд не было. В военном городке и на аэродроме спешно отступавшие советские войска оставили много имущества. Немцы организовали его сортировку и ремонт, при­влекая на эти работы бригады из гетто. Евреи с огромным риском добывали снаряжение и накапливали его в тайниках. В первые дни февраля 1943 года более 12 тысяч обитате­лей Пружанского гетто были отправлены в лагерь смерти Аушвиц-Биркенау (Освенцим), где их и уничтожили.

 1940 год. Одноклассники Якова Трегера. Он в нижнем ряду крайний слева.

 В составе 246-й стрелковой дивизии Яков Трегер участвовал в освобождении этого концлагеря. Тогда он еще не знал, что его большая семья завершила свой земной путь именно там. Земляк  Мотл Шапиро позже ему рассказал: при вывозе гетто немцы и полицаи не ожидали встретить сопротив­ление обреченных. Однако время прорыва было назначено.

 Отвлекающий обстрел начала группа с Шерешовской улицы. На другом конце гет­то забросали гранатами ворота. Люди стали прорываться сквозь плотный ответный огонь. Около ста человек сумели добраться до За-мошенского леса. Зима стояла лютая, а они трое суток искали партизан. Однако связные отобрали в отряд только восьмерых. Тех, кого не взяли, вскоре окружили жандармы. Вся группа погибла. Среди них и однокласс­ник Якова Лейбл Браверманн. На фото он крайний справа (стоит в галифе).

 При отправке гетто в концлагерь Гершл Серлин и Матес Шевелевич (на фото в нижнем ряду, первый и второй справа) укрылись в тайнике, однако их обнаружили и расстре­ляли на месте. В Освенциме выжили и вы­брались из ада единицы. Фронтовик пишет: «Наши девочки, три подруги — Фрума Фроимчик, Рахель Черчевски (в верхнем ряду, третья и четвертая справа. – авт.)., и Голда Перенштейн (в третьем ряду вторая слева. – авт.) –погибли, бросившись на проволоку ограждения». Это все, что доподлинно было известно Якову Трегеру о судьбах своих од­ноклассников, учениках Пружанской еврей­ской школы.

 Ковалева, А. Выжило только трое: Трагедия одного класса Пружанской еврейской школы / Алла Ковалева // Вечерний Брест. 2009.  №7. С. 10.

Поделиться новостью: